ТУРБОНОВИОП
Повесть о ненастоящем человеке
ТУРБОНОВИОП
Повесть о ненастоящем человеке
То, что в России параллельно существует два народа, замечено не вчера. Про «Россию Уралвагонзавода» и «Россию айфона» говорили, когда еще и айфонов-то никаких не было. «Для меня (да и для тебя тоже) коммунизмэто братство интеллигенции, а не всяких там вонючих садовников. На солженицынских матренах коммунизма не построишь» – это из переписки братьев Стругацких образца 1963-го. Позднее для обозначения этой прослойки людей, отделяющих себя от «вонючих садовников», придумали звонкий неологизм «новиоп» – от термина «новая историческая общность». «Новиопы», действительно, были куда более космополитичной группой, чем основная масса населения, и обожали выискивать в себе пресловутый «букетик кровей», доходя до абсурда: «папа – холодильник, бабушка – динозавр», а о наличии русских обычно вспоминали, чтобы сказать гадость. Но главным было именно противопоставление себя основной серой массе.

Однако СССР распался. А вот новиопы никуда не исчезли.
Напротив, фактически с 1991 года философия этой группы стала преобладать в культуре, СМИ, отчасти экономике, даже во власти как таковой. Можно сказать, реформы 90-х были квинтэссенцией такого мировоззрения. Это был, конечно, не вопрос об этническом происхождении. Новиоп зачастую обладает совершенно рязанской физиономией. Другое дело, что общее презрение к основной массе народа никуда не девалось. Молодой человек с большими планами, девица с амбицией – переезжали в Москву и Петербург из Сарапула, или наоборот, третьим поколением жили в Доме на Котельнической – быстро перенимали общий подход среды.
Самым главным для этих людей был личный комфорт, а любая идеология – абсолютно вторична – всего лишь средство достижения сиюминутных целей. Неверно также ставить знак равенства между новиопом и либералом. Увлечение либеральными течениями просто необходимо, чтобы успешно мимикрировать в среде таких же новиопов, ведь быть либералом – модно. Но комфорт превыше всего – если для сохранения привычного уровня потребления надо стать коммунистом или начать декларировать националистические лозунги, то либеральная оболочка сразу же рвётся.

Долгое время два наших народа жили под одной крышей. Все более-менее устраивало всех. Сытые нулевые позволяли залить любые «междусобойчики» деньгами.

С 2014 года наши курсы начали расходиться.

Мы, русские, узнали о себе много нового тогда. Что 86% россиян не стоят и ногтя остальных 14%, что мы навек виноваты перед прекрасными украинцами, а когда умираем мы, то это, во-первых, неправда, а во-вторых, заслуженно – короче, много удивительного. Но тут еще была какая-то дискуссия.

А в 2022 году все просто рухнуло. Русские пошли штурмовать Мариуполь, новиопы – Верхний Ларс. Но не все. Казалось бы, все проще некуда: ты живешь в окружении орков – уезжай к эльфам. Но у многих новиопов просто включился «турбо-режим».
Эти турбоновиопы слишком плотно вписались в российскую реальность, пусть и не отождествляя себя со страной в целом. В двух словах, философия такого турбоновиопа: пусть рухнет мир, но у меня будет тыквенный латте.

Новиопы буквально не понимают, что мир изменился. Условный Столярик совершенно искренне не въезжает, почему из зрительного зала мечут гнилые помидоры. Он всегда хотел, чтобы у него все было, и ничего ему за это не было. Если ему так хорошо, почему кому-то еще может быть от этого плохо. Что вы пристали со своей СВО? Вам надо – вы и занимайтесь, а у меня – блоггерский поезд в Сочи.

Кстати, не думайте, что новиоп – по умолчанию дурак. В конце концов, Ксения Собчак – новиоп от слова «турбо», но с интеллектом там все более чем в порядке – как минимум достаточно, чтобы не мозолить глаза угрюмой и нервной толпе в боевых ватниках. Все там нормально с головой. Это именно философия – никто никому ничего не должен.

Такой господин не будет совершать ничего, что грозит его не то что безопасности, а просто комфорту. Украинцев ему, кстати, не жалко от слова совсем. И они будут до последнего цепляться за свои синекуры, свои квартирки, которые можно сдать угрюмым понаехам, свои привилегии и свои связи.
Все эти люди – чьи-то родственники: сыновья, дочки, братья-зятья самых разных представителей элиты. Или даже не родственник напрямую, а музыкант, которого наш министр слушал в молодости, или друг детства, или человек, с которым вместе пили, нюхали и предавались более изысканным забавам. И такие связи корчуются необычайно тяжело. На похоронах высокопоставленного педераста можно обниматься с иноагентом, потому что и педераст, и иноагент – родные человечки, а солдат, павший под Угледаром, врач, трясущийся в «скорой» по улицам, и даже академик, который разрабатывает вам вакцину от невиданной болезни – он чужой.
Для новиопа нет людей, кроме других новиопов; нет никакой идеологии, кроме обеспечения собственного комфорта и безопасности. Именно поэтому на решения, касающиеся всей страны, влиять эта каста не должна, ведь страна им нужна исключительно в качестве кормовой базы.

Знаете, есть такой писатель, Эдгар По. Многие новиопы его даже читали. А у него есть рассказ «Маска красной смерти». Там в центре истории – замок, в котором закрылись герои, роскошно проводя время, пока за окнами бушует пандемия ужасающей болезни – Красной смерти. И они там все на отличненько чилят, пока на пати не заходит, собственно, Красная Смерть, убивающая всех.

Так вот, герои этой истории – образцовые новиопы.

А финал у него образцово же реалистичный.